Интервью 2016-02

Материал из КОМПЛЕКС ШИ МИНА. ТАЙЦЗИ-ЦЮАНЬ. ШКОЛА ВИКТОРА СЯО

Перейти к: навигация, поиск

Fb thumb.jpg Vk thumb.png Youtube.png

Тайцзи — Душа Ушу (Февраль 2016 года)


«Судьба связала его с Тайцзи-цюанем, в нем живет
китайская душа:

Из беседы с Виктором Сяо»


Виктор Сяо

Текст: Чжао Цзянфэн, Хуан Сянцзюнь


Изначальный перевод: Татьяна Петрова

Редактор перевода: Виктор Сяо (Сяо Вэйцзя)


Он — человек жизнерадостный, как ребёнок беззаботно смеётся, вспоминая былые времена. В сорок с лишним лет он был на грани жизни и смерти, поэтому сейчас он радуется будням, а каждый прожитый день для него как подарок судьбы.


Он — строгий наставник тайцзицюаня (тайцзи-цюаня), глубоко убеждённый, что это искусство принадлежит к сокровищам китайской традиционной культуры. Он может быть суров и беспристрастен, не идя ни на какие компромиссы в своём деле. Вы можете не любить его, но не можете не уважать его.

Китайцы поначалу принимают его за иностранца, он в шутку называет себя «фальшивым заморским чёртом». Всю жизнь, за исключением отрочества, он провел в Китае, проникнувшись чистейшим китайским менталитетом. На нём словно стоит печать традиционного Китая.

Он с тайцзи-цюанем делит радости и горе, и, хотя и немало испытал на своем веку, по-прежнему остался в душе по-детски чистым и верным изначальной мечте, неустанно делает все возможное ради возрождения былой славы этого боевого искусства. По его словам, тайцзи-цюань — это инструмент познания истинного пути.

Более полувека продолжается это таинственное и отважное путешествие по великому пути тайцзи-цюаня.

Кто же он?

Это Виктор Сяо (Сяо Вэйцзя), последователь ветви Ван Юнцюаня Школы тайцзи-цюаня семьи Ян.


Долгие перипетии и трудности на пути обучения

Сначала Виктор Сяо занимался в вечерней школе Шишахай гимнастикой, и его целью было стать мастером спорта. К сожалению, упражняясь, он травмировал поясницу и оба запястья и не мог больше продолжать тренировки.

Однако, как говорят, не было бы счастья, да несчастье помогло. Из-за полученных травм у Виктора появился шанс начать изучение тайцзи-цюаня и китайской культуры.

В то же время по случайному совпадению один из друзей Виктора Сяо обладал искусством точечных парализующих ударов. Этот друг встал на защиту одной девушки, подвергавшейся домогательствам шпаны. Один хулиган моментально свалился, как подкошенный (другой сразу исчез), но друг не умел «разряжать» свои удары. В панике он прибежал домой к Виктору, и рассказал, что к его счастью рядом оказался невзрачный, но знающий пожилой господин, помогший поставить пораженного на ноги.

Так Виктор впервые узнал могущество китайского традиционного боевого искусства ушу, и тогда же он вступил на путь познания тайцзи-цюаня.

Это был 1959 год, а Виктору Сяо было неполных 18 лет.

Вскоре с помощью этого же друга он познакомился с первым учителем тайцзи-цюаня, кадровым работником по фамилии Ван из провинции Шаньдун, приехавшим в Пекин на лечение. И с ним за три месяца выучил комплекс Школы Ян из 88 комбинированных приемов.

Когда же учитель Ван покинул Пекин, Виктор Сяо продолжил ежедневные тренировки, и, хотя благодаря тайцзи, он придал подвижность поврежденным суставам и мышцам, всё же прогресс был ещё не слишком велик.

В это время Виктор находил разных учителей и друзей по ушу, но ещё не встретил настоящего учителя, вероятно, его судьба ещё ожидала его.

Затем он познакомился со своим вторым учителем У Шаошу, истинным мастером ушу, которому на тот момент было уже 86 лет, и у него была небольшая массажная клиника в районе Пекина Тяньцяо. Про него ходили слухи, что в молодости он был телохранителем директора известного магазина Жуйфусян и однажды в одиночку разобрался с сорока грабителями. Виктор Сяо говорит, что видел один раз, как учитель выполнял багуачжан под большим столом. У Шаошу передал ему гунфу «втягивать, поднимать, всасывать и смыкать» (одна из техник даосской алхимии) и упражнение «толкание колодезного ворота», но Виктор после недельной попытки ничего не почувствовал, и решил это дело оставить. Старый Мастер, видя, что с ушу у него не получается, поучил его и массажу, но и тут немного получилось. Наступил 1964 год, Виктор переехал в Дунбэй (Северо-Восточный Китай) и снова упустил свою судьбу.

После того Виктор изучал китайскую медицину, базовые техники синъи-цюаня и багуачжана, стили тайцзи-цюаня Сунь и Чэнь, и его понимание китайской традиционной культуры становилось более глубоким. Но, строго говоря, он еще не вышел на традиционную прямую передачу от учителя к ученику.

И лишь в 1983 году Виктор Сяо становится официальным учеником Ши Мина, который в свое время учился у Чжу Хуайюаня, наследника Школы Ян по ветви Ван Юнцюаня. И вот только тогда Виктор «стал на правильные рельсы», открыл для себя истинный и малоизвестный тайцзи-цюань, и у него начался настоящий прогресс. Однажды, когда Виктор участвовал в съемках тренировок для японских учеников Ши Мина, учитель велел ему напасть совершенно произвольно. В результате Виктор перекувырнулся вокруг своего полувынесенного кулака и оказался на траве. По этому случаю он уже мог судить, какое великое искусство стоит за ним.

С этих пор Виктор Сяо начинает путем многочисленных дополнительных экспериментов погружаться в самостоятельную детализацию базовых техник тайцзи-цюаня.

В 2005 году судьба сводит его с Ван Чжунмином и последователями ветви Ван Юнцюаня, и его боевая техника вновь получает мощный толчок к развитию. В то же время Виктор Сяо много работает ради распространения и продвижения наследия Ван Юнцюаня.

На сегодняшний день Виктор Сяо является лидером собственной школы с многочисленными учениками, а его репутация крепнет с каждым днем.


Ваза, археология и экспериментальная лаборатория тайцзи-цюаня

Рассказывают, что Ван Юнцюань утверждал, что в свое время он изучил стиль Ян лишь поверхностно, однако и его старший ученик Чжу Хуайюань также говорил, что достиг лишь «кончика мышиного хвоста» знаний своего учителя, а сам Виктор Сяо говорит, что познал лишь «часть капельки» искусства своего учителя.

Эти слова, безусловно, демонстрируют скромность и глубочайшее уважение к своим учителям, но, вместе с этим, отражают тот факт, что в ходе унаследования и передачи искусства тайцзи-цюаня, многое из высших уровней тайцзи-цюаня уже утеряно. Поэтому мы уже, вероятно, находимся в неловкой ситуации, когда «каждое новое поколение уступает предыдущему».

Похоже, что именно по этой причине у Виктора Сяо сформировалась концепция археологического исследования техники искусства тайцзи-цюаня.

Он однажды сравнил искусство тайцзи-цюаня с прекрасной вазой, разбившейся на мелкие осколки, сквозь которые все еще можно разглядеть очертания былой красоты. Если же внимательно изучить и собрать оставшиеся фрагменты, то появляется возможность воссоздать первоначальную форму и красоту вазы.

Эти осколки рассеяны в истинной традиции среди различных последователей тайцзи-цюаня, остались в памяти сердца. По словам Лу Чжимина, председателя Общества по исследованию наследия тайцзи-цюаня Ван Юнцюаня, «у дракона (у Императора) рождается девять сыновей, все они разные по виду и характеру, но все они сыновья одного отца, все одной крови».

Таким образом, последователям многообразных стилей и направлений традиционного ушу необходимо сплотиться, всемерно собрать воедино унаследованные техники и отделить зерна от плевел для того чтобы, шаг за шагом соединяя осколки драгоценной вазы, восстановить истинную технику и возвратить тайцзи-цюань на его почетное место в китайской культуре.

Для этого нужно много экспериментировать и проводить тщательные исследования тонких моментов, постепенно восстанавливая тот высокий уровень мастерства тайцзи-цюаня, при котором «нельзя ни перышка добавить, ни мухе опуститься».

В соответствии с этими идеалами появилось инициированное Виктором Сяо то, что он называет археологической лабораторией тайцзи-цюаня. Что же она собой представляет?

Как объясняет Виктор Сяо, лаборатория — это расширенное понятие таких традиционных терминов в китайском ушу, как «кормежка приемами», «кормежка с рук», «кормежка силой-цзинь». («Кормежка» означает методическое и экспериментальное условие при прямой передаче; условие, неизбежное при контакте с учителем и в парной работе; лишь при таком условии происходит многолетняя трансформация силовых стереотипов и рост специфического внутреннего искусства в ушу. Можно сравнить с кормежкой младенца из материнской груди или из соски).

В тайцзи-цюане «кормежкой» служит очень замедленный, растянутый во времени один из моментов удара. (Удар должен сохранять правильные качества и дозировку приложения сил в таком моменте). Только в таком замедленном и растянутом во времени движении и становится возможным подробное и доскональное изучение скоротечных мгновений нападения, обороны и перехвата инициативы. На самом деле на это уходит много лет работы. Ибо при этом важно полностью понять: как зарождается движение, как оно подхватывается, как в нем происходит смена этапов, как оно протекает и как завершается. А также, как при этом работает мысль и внимание. Любой из этих моментов наполнен богатым многослойным содержанием.

Другими словами, необходимо тщательно исследовать весь процесс растянутого во времени кратчайшего момента, углубиться в доскональное понимание клетки любого движения, поэтому и требуется лаборатория с набором экспериментальных условий.

Фактически любое боевое искусство обладает своей экспериментальной (тренировочной) площадкой, на которой происходит масса проработок базовых техник, без которых не происходит выхода на реальный поединок.

Но при этом они, в повальном большинстве, основываются на системе условных рефлексов.

А тайцзи-цюань, несмотря на то, что после «выплавки из печи» приобретает сверхобычную скорость, в процессе тренировок проникает в более глубокие слои человеческой биомеханики и психофизических переживаний. Он требует пересмотра системы привычных условных рефлексов, избавления от их ограничений, требует научиться ощущать и осознавать подсознательные безусловные рефлексы, и даже осознать инстинкты. И только в таких условиях, углубляясь всё дальше и дальше, можно достичь высокой техники и искусства тайцзи-цюаня.

Процесс освобождения от ограничений условных рефлексов (процесс еще называется «смена сил-цзинь») очень долгий. Поэтому трудно чего-либо добиться, не посвятив себя длительному обучению (пропитыванию) в подобных лабораторных условиях. Отсюда и поговорка: «учеников тайцзи-цюаня десять лет не выпускают из ворот (то есть не выпускают из лаборатории, не дают выходить на прикладной уровень, на реальные бои)».

Еще раз обобщая, можно сказать, что в лаборатории тайцзи необходимо замедлять и растягивать процесс мгновенной реакции, при наличии целостности силы-цзинь. Цель: в ином временном измерении ясно рассмотреть наиболее эффективное содержание в этом мгновении.

Исходя из чисто боевого значения тайцзи-цюаня, можно сказать, что он своим замедлением не направлен на яншен, но попутно и фактически оказывает весьма благотворное влияние на здоровье в целом. Всё это можно считать основной концепцией лаборатории тайцзи. Реальное же содержание его намного богаче.

Например, в своем интервью Виктор Сяо говорит, что одна из важнейших особенностей тайцзи-цюаня — это то, что он содержит в себе технику и искусство даосской алхимии, но семьей Ян они были засекречены. Мастерство даосской школы направлено на здоровье и долголетие (а не на боевое искусство), но при сочетании с боевым искусством придает ему еще большую мощь. По этой причине Виктор Сяо с 1988 года нашёл себе и даосского учителя. Когда же его спрашивают, удалось ли ему синтезировать даосские техники и искусство тайцзи, он отвечает, что эти два мастерства невозможно соединить искусственным способом, а только лишь достигнув определенного уровня в каждом из них, можно почувствовать, как они начинают естественно перекликаться и входить во взаимодействие.

Что касается некоторых феноменов в тайцзи-цюане, к которым общество относится скептично, то их можно рассматривать как нечто, берущее начало в экспериментальной лаборатории тайцзи-цюаня. Например, по поводу недавнего события с Янь Фан (ученицей мастера Ли Цзин-у, демонстрирующая так называемый «линкун-цзинь»), Виктор Сяо считает, что она на самом деле неверно понята, а критика осудила ее искусство как «игру между своими (то есть как подделку)». На самом деле она демонстрирует некоторые феномены, возникающие в ходе учебного процесса в условиях экспериментальной лаборатории тайцзи-цюаня, ибо прием «кормёжки силой-цзинь» — это тренировочная практика в экспериментальных условиях. Он обладает богатым внутренним содержанием, которое не выносится напрямую в прикладной бой, что кажется неубедительным дилетантам. Всё это людям непонятно.

Янь Фан оказалась неубедительной, и её демонстрация привела к недоразумению лишь потому, что она не умеет толково объясняться. Вот пример из того, что всем известно: в силовых тренировках в подготовке к рукопашному бою существует такое упражнение, как «отжимание», так может ли кто-либо потребовать, чтобы «отжимание» было непосредственно использовано в бою (то есть, чтобы атака проводилась именно «отжиманием»)?

Виктор Сяо также подчеркивает: всё, что сегодня демонстрируется в онлайн-видео (различные боевые методы и техники тайцзи-цюаня, а также прямые трансляции туйшоу) — всё это, в подавляющем большинстве, эффекты обучающих моментов в экспериментально-лабораторном режиме (сильно растянутых во времени движений). В них невозможно увидеть ничего из работы уровня непобедимых Янов, а, тем более, из их прикладных поединков. С точки зрения высоких стандартов классического ушу, из-за того, что уже очень многое в нём утеряно, на нынешний день мы как бы застряли на этапе младенчества, и это похоже на постоянное вскармливание маленьких тигрят, не способных повзрослеть и выйти на ринг.

Возможно, любителям традиционного китайского ушу эти слова режут слух. Однако, если рассматривать проблему под углом экспериментальной лаборатории тайцзи-цюаня, то, возможно, мы станем более снисходительны и терпеливы в отношении сегодняшнего тайцзи-цюаня и традиционного китайского ушу. Таким образом, объективно, мы извлечем больше пользы из раскопок сокровищницы тайцзи-цюаня, и в деле его наследования и развития.

«Дети Цзяндуна одарены талантами и способностями, кто знает, может и удастся им взять реванш (вернуть былую славу; повторить триумф)». (из стихотворения танского поэта Ду Му. Идея — если взяться за дело заново, это может привести к победе.)

Так что, поживём-увидим!


Истинные знания извлекаются из экспериментов

Учитель Виктор Сяо обладает большой эрудицией, изучает тайцзи-цюань почти 60 лет и долго накапливал свой личный опыт. И, хотя он скромно называет себя одержимым любителем, но его манеры речи и поведения выдают в нем большого мастера. Он способен предельно точно и лаконично выражаться, разъясняя таинственный смысл и непостижимую, глубокую суть тайцзи. На речи Виктора Сяо о тайцзи-цюане откликается само сердце, нередко вызывая у слушателя ощущение некоего озарения.


О базовой технике

Если говорить о базовой технике и о направлениях к более высоким уровням тайцзи-цюаня, то в книгах «Секретные техники тайцзи-цюаня стиля Ян» и «Цитаты Ван Юнцюаня» (сокращ. назв.), где учениками Ван Юнцюаня упорядочен материал со слов учителя, уже выложены относительно систематизированные объяснения. Сокращенно их можно обобщить, как «мастерство познания себя и мастерство познания напарника». Первое составляет 70% техники и мастерства, а второе — 30%. Прежде всего необходимо достичь познания самого себя, эта категория очень объемна и постигается путем длительного обучения. Например, в прошлом в семье Ян каждую позу требовалось практиковать в статической стойке в течение долгого времени. В действительности это и была самая важная базовая техника.

Впоследствии, люди стали практиковать стояние столбом «у-цзи». Но раньше такая практика называлась иначе — «дин-ши» (то есть статическая поза). Почтенный Ван Чжунмин, а также Чжу Чуньсюань рассказывали, что Ян Чэнфу в своё время выстаивал позу «поднятые руки», простаивал в течение времени сгорания двух ароматных палочек (что обычно приравнивается к двум часам) многие дни подряд. Это было изнурительно, болело всё тело. В те времена не объяснялось, что к чему и почему, стой — и всё! Не будешь стоять — будешь наказан. Поэтому практикующий должен был стоять по установленным правилам, а его тело в этом процессе пыталось всеми правдами и неправдами найти способ, как бы выстоять без такого изнурения. Чем прочнее и неподвижнее стоит человек, тем больше он устает. Затем, стоит и стоит, в теле постепенно просыпается потенциальная энергия, и поиск заканчивается постепенным расслаблением.


О стоянии столбом в «у-цзи»

Что такое «у-цзи»? Состояние «у-цзи» подразумевает, что внутри вашего тела нет (силовых) конфликтов и противоречий. Если вы стоите в стойке «у-цзи», а ваши бедра затекают, плечи кривятся, целостная внутренняя система дробится на части, или утрачена согласованная силовая взаимосвязь между частями тела, или же конфликтуют локоть с локтем, плечи с бедрами, конфликтует и «тут», и «там», ноет в пояснице и боль в ногах, в коленях, и везде — это и есть конфликтное состояние.

Когда же стояние становится приятным и комфортным во всем теле, везде налаживается проходимость ци, и уже не чувствуется, где находятся бедра, а где локти, стираются различия (в опорных моментах), то все тело становится единым целым (по-китайски: единой семьей), все мышцы как бы сливаются в единую мышцу, а мысли перестают хаотично блуждать, и вы забываете о себе в своих ощущениях самого себя (кратко: происходит самозабвение): ведь обычно ваше физиологическое самосознание основано на ощущениях различия в опорных моментах. А когда ваше тело перестает ощущать конфликтные опорные различия, которые уже стерлись, то можно считать, что внутренние конфликты полностью нейтрализованы (а это и есть ощущение состояния у-цзи).

Что же означает понятие «у-цзи» в практике стойки «у-цзи чжуан»? Это ощущение отсутствия центра и (любых) узловых моментов. Поэтому у человека возникает своего рода чувство самозабвения. Когда внутренняя энергия распределяется и рассеивается равномерно (конечно, относительно), вы перестаете ощущать собственный вес, и на смену приходит ощущение необыкновенной легкости! Пока вы всё ещё продолжаете чувствовать ломоту и боль то тут, то там, это будет означать, что вы еще не осилили стойку. Человек, овладевший мастерством стойки «у-цзи», простаивая в ней даже несколько часов, он всё равно будет чувствовать наслаждение.


О расслаблении позвоночника

В этом процессе ваше внимание не должно быть направлено наружу (оно должно быть направлено внутрь тела). У нас существует серия подсказок. Мы просим вас начинать разбираться в ощущениях вашего тела, прослеживать ощущения внутри вашего тела, и научиться прослеживать происходящее в теле, используя сами ощущения. Обычно позвоночный столб не ощущается не потому, что на него не действует стимулы раздражения, а потому, что они не достигают вашего сознания. Поэтому у нас происходит процесс от нахождения различий в ощущениях, до выявления ощущений, до восприятия их, до внутреннего понимания их (прямого познавания). Лишь после этого мы будем способны управлять всем этим. Тем, что человек не ощущает, он не способен управлять.

Нельзя сказать, что позвоночник не способен испытывать давление, либо расслабление, или напряжение. Дело в том, что вы не пытаетесь целенаправленно ощутить это, не пытаетесь в этом разобраться. А в этом деле никто вас заменить не в состоянии. Следует двигаться, не торопясь, мало-помалу, постепенно углубляясь в мир ощущений: от отсутствия ощущений, до их выявления, от смутных ощущений, до четких и ясных. Это зависит только от вашего личного труда. Поэтому, например, работа вашего внимания может начинаться с проникновения в копчик (крестец), идти вдоль позвоночного столба, где вы попутно пытаетесь ощутить каждый позвонок, снаружи до нутра.


О силе-цзинь

Процесс расслабления — это процесс сознательного высвобождения (энергии) из мышечного напряжения, процесс, который происходит активно и по вашей инициативе. А что есть напряжение? Это вынужденное разбухание мышц за счет поступления в них энергии, не имеющей выхода на момент разбухания (отчего мышцы как бы застывают и цепенеют). И эту энергию нам необходимо умышленно, сознательно и нарочно высвободить (за счет расслабления мышц), выпустить наружу, рассеять.

Так становится понятным, в чем заключается цель расслабления: в том, чтобы высвободить энергию и научить ее подчиняться распоряжению нашей мысли.

Энергия должна стать способной пронизывать всё тело и выходить наружу. Только после того, как она становится способной протекать внутри и снаружи тела, только тогда происходит всё, о чём говорится в тайцзи-цюане. Если же энергия не способна к свободному течению, если она заблокирована в суставах и в мышцах, то это не сила-цзинь, тогда она называется грубой силой.

Одно из отличий силы-цзинь от просто силы заключается в том, что сила-цзинь может проникнуть сквозь мышцы и суставы, поэтому она называется «сквозной силой»; она подобна нити, проходящей сквозь жемчужные бусы; или подобна воде, просачивающейся сквозь песок, и там способна быть текучей. Имя ее — сила-цзинь, это не обычная (или примитивная) сила, а сила весьма специфического рода. Сила-цзинь — тоже сила, но сила особого качества, прошедшая специфический тренинг. Она не заперта внутри скелета и мускулатуры, она текуча и подвижна. Первоначально в ушу ее называли «гуляющей силой».


О взаимопомощи инь и ян

Квинтэссенция тайцзи-цюаня — это взаимопомощь инь и ян.

Инь и ян — это общее понятие, и тайцзи-цюань не что иное, как «инь и ян, безопорное и опорное, твердое и мягкое, раскрывание и слияние», четыре пары больших категорий, и всё это инь и ян.

Обычно принято считать, что инь и ян — это две противоположности, к тому же противоборствующие, или взаимоуничтожающие, или пытающиеся найти баланс в борьбе. На самом деле такое понимание весьма относительно. Что, например, если они не противостоят друг другу, а взаимно помогают друг другу? Например, если в парах локтей, или тазобедренных суставов, когда одному суставу не хватает энергии, а другой сустав ему недостающее компенсирует (на уровне энергетики) — тогда они друг другу помогают, происходит взаимопомощь. А это уже гармония. Мы глубоко убеждены, что наше мироздание гармонично, и эта гармония служит нам глобальным фоном. И мы учимся гармонии у нашей матушки-природы и Вселенной.

В Китае слово Дух частично определяется как то, в чём инь-ян не поддаются измерению (вычислению). Повседневный конфликт инь и ян ощущается легко. Но совсем не просто выявить их при отсутствии их конфликта, когда они в состоянии взаимопомощи (гармонии). Если противоположности находятся в полной гармоничной взаимопомощи, то они тотально отказываются от противостояния. А то, что не сопротивляется, очень трудно обнаружить, и поэтому кажется Духом (словом Дух в китайском языке ещё обозначается всё, что чудесно, неуловимо и неописуемо).

Инь-ян в Тайцзи — это и есть гармонично (и автоматически) согласовывающиеся инь-ян. Поэтому мы считаем трактат «О тайцзи-цюане» великим. В нём говорится, что «лишь при реализации взаимопомощи инь-ян достигается понимание силы-цзинь». Инь не покидает ян, ян не покидает инь, инь — это есть и ян, ян — есть и инь, и т.д., и т.п., а это — философия очень высокого порядка.


Виктор Сяо (Сяо Вэйцзя): краткая биография

Виктор Сяо родился в 1941 году в городке Яньань, детство провел в Советском Союзе, в 1949 году вернулся на родину в Китай. С 1964 года он преподавал русский язык сначала в Цзилиньском университете, а затем в Пекинском университете иностранных языков, в 2001 году вышел на пенсию.

Он с детства пропитан китайской и зарубежной культурами, и у него широкий круг увлечений и интересов. В конце 50-ых годов начал заниматься тайцзи-цюанем. С 1983 года, став учеником Ши Мина, с каждым днем всё глубже вовлекается в исследование и изучение тайцзи-цюаня стиля Ян ветви Ван Юнцюаня. Принимал участие в многочисленных мероприятиях, проводимых Китайской ассоциацией ушу и Группой, руководящей движением «Институт человека». Своими находками в китайской традиционной культуре делится письменно, его статьи пользуются определенным влиянием в России и на Западе.

В 1998 году начинает обучать тайцзи-цюаню, обогащается опытом в многочисленных поездках за рубеж, на сегодняшний день набрал 35 личных учеников из разных стран.

В 2006 году становится инициатором торжества, посвященного памяти учителя Ван Юнцюаня, создает Общество по исследованию наследия тайцзи-цюаня Ван Юнцюаня, зарегистрированного при Пекинской ассоциации ушу и избирается Первым секретарем Общества, а в настоящее время является Почётным заместителем председателя. За это время весьма плодотворным и успешным оказалось общение со старшим поколением представителей ветви Ван Юнцюаня, особенно десятилетние наставления от почтенного Ван Чжунмина, сына Ван Юнцюаня.

Виктор Сяо ведет себя скромно, он выступает за то, что в отношении традиционного тайцзи-цюаня в первую очередь необходимо «выкопать и спасти» всё утерянное, комплексно используя методы китайские и зарубежные, традиционные и современные, спокойно и сосредоточено исследовать его. И что сначала необходимо унаследовать былое, и лишь затем вести дискуссии о распространении и развитии искусства тайцзи-цюаня. Свои поиски он определяет как «археологические исследования тайцзи-цюаня», а сам тайцзи-цюань рассматривает как путь к Дао (то есть, к истине) и способ самосовершенствования, и в то же время как один из путей к созданию гармоничного мира. Он глубоко убежден, что китайский тайцзи-цюань будет вносить всё больший и больший вклад в развитие человечества.





из журнала "Тайцзи — Душа Ушу", февраль 2016 года



Сообщите о нас друзьям в Вашей социальной сети и мы будем БЕЗМЕРНО рады!


©  Студия Тайцзи Виктора Сяо, 2008—2018
Все права защищены. При копировании материалов ссылка на сайт обязательна.